Геи в странах Восточной Европы - история и современность

Публикации и полезные советы
Ответить
Аватара пользователя
Forum Gay Life
Редактор Gay Life
Редактор Gay Life
Сообщения: 608
Зарегистрирован: 06 июн 2016, 12:49
Репутация: 2

Геи в странах Восточной Европы - история и современность

Сообщение Forum Gay Life » 17 фев 2018, 22:53

Мне хотелось бы поговорить об отношении к гомосексуальности в странах Восточной Европы. Традиционно этот регион считается не самым терпимым в мире, и поэтому углубиться в его гей-историю особенно интересно.

Народы Восточной Европы прошли непростую историю, порой меняя язык, государственную принадлежность, религию, а с ними – культуру и самосознание. Небольшие раннехристианские государства, возникшие на восточных развалинах Римской империи, и племенные союзы, возникшие на Севере Европы, чаще всего не выдерживали соперничества с более сильными странами и становились частью огромных держав – будто то Священная Римская империя (современная Чехии, Словакии, Венгрии, Румынии), или же Османской империи (страны Балканского полуострова, Болгария). Одни оставались в русле христианской цивилизации, другие переходили в мир ислама. Пожалуй, особняком стояла только Польша, которой удалось на протяжении столетий сохранять суверенитет и даже достигать серьезного влияния, хотя и она стала в начале XIX века частью Российской империи.

Во второй половине XIX века некоторые народы Османской империи начали обретать независимость. После Первой мировой войны, на волне распада крупнейших империй Европы – Османской, Германской, Российской, Австро-Венгрии – на карте Восточной Европы появилось множество новых государств. После Второй мировой войны многие из них попали в сферу влияния СССР и составили так называемый социалистический лагерь. В 1980-е – 1990-е годы Восточная Европа пережила еще один период трансформации, когда после череды бархатных революций исчезли социалистические режимы, некоторые страны распались, и карта приняла современный вид.

Понятно, что в этих государствах на протяжении веков жило и продолжает жить множество людей, которые любят не так, все. Так какой же была судьба гомосексуалов и трансгендеров на протяжении непростой истории восточноевропейских народов, полной потрясений, культурных потрясений и порой полярной смены направлений развития?

В этой заметке я начну рассказ с самых истоков.

* * *

Польша

Уникальное место в истории гомосексуальности занимает Польша. Дело в том, что это единственное государство в западном мире, власти которого никогда так и не ввели наказание за однополые отношение, и польские геи могли чувствовать себя хотя бы немного спокойнее, чем ЛГБТ в других странах Европы.

Польское государство возникло еще в X веке, в к XVI веку оно стало одним из ключевых государств в Европе, объединившись в 1569 году по условиям Люблинской унии в единое государство с Литвой – Речь Посполитую. Примеры существования однополых отношений в Польше можно найти в первые же века существования этого государства. Так, польский историк XV века Ян Длугош (Jan Dlugosz) обличал в «содомии» короля Болеслава II Смелого (1076-1079 гг.), а также сообщал, что в однополых связях состоял и король Владислав III Варненьчик (1438-1444), который провел два похода против турок и погиб в сражении при Варне в 1444 г. в возрасте 20 лет (отсюда и его прозвище). Историк утверждал, что король не оставлял своей страсти к мужчинам и в о время пребывания в войске. По мнению Длугоша, причиной поражения Владислава как раз именно то, что накануне битвы он переспал с мужчиной. Это единственный король-крестоносец, который не был канонизирован. К слову, сообщается, что Длугош утверждал, что король «набрался» этого «греха» у жителей Руси, среди которых, по его словам, однополые отношения были очень распространены. Конечно же, гомосексуальность распространена в любом обществе примерно одинаково, однако на Руси, действительно, к геям издревле относились гораздо терпимее, чем во многих других странах, и сегодняшняя гомофобия – лишь плод последнего столетия.

Владислав III ВарненьчикГомосексуальность в Европе была частым обвинением в адрес политических или религиозных оппонентов – так, католики обвиняли в «содомии» кальвинистов, а кальвинисты – католиков. Это был один из грехов, которым пытались дискредитировать противника. Однако на самом деле большинство религиозных деятелей высказывались о гомосексуальности с возмущением. Так, писатель-кальвинист и проповедник Павел Гиловский (Paweł Gilowski, ок. 1534-1595) с возмущением писал о том, что некоторые землевладельцы вступают в интимные отношения со своими работниками. Столетие спустя поэт и моралист Вацлав Потоцкий (Wacław Potocki, 1621-1696) с отвращением писал о том, что мужчины в имениях и усадьбах, не желая смотреть на «прекрасный пол», предпочитают молодых юношей, работающих на дворе. (Piotr Oszko. Why I Do Not Want to Write about Old-Polish Male-Gedders: A Contribution to the “Archeology” of Gay Studies in Poland.)

Кстати, не стоит забывать, что в 1573 году на короткое время правителем Польши стал Генрих Валуа, известный своей неоднозначной сексуальностью.

Трансгендерность также не встречала понимания. В 1561 году некий мужчина по имени Войцех (Wojciech) из города Познань был предан суду за то, что в течение десяти лет (!) одевался в женские наряды. В Кракове он познакомился с мужчиной по имени Себастьян Слодовник (Sebastian Słodownik), вступил с ним в фактический брак и прожил с ним вместе два года. Через какое-то время он уехал, а впоследствии вновь вернулся в Краков и вступил в брак с горожанином по имени Вавринец Влошек (Wawrzyniec Włoszek). Все эти годы окружающие считали его женщиной. В результате он был осужден, признан виновным и казнен.

Интересные сведения об отношении к гомосексуальности в польском обществе можно найти в книге Валериана Неканда Трепки (Walerian Nekand Trepka,) «Liber generationis plebeanorum» (Liber “chamorum”,1624-1640). Это сборник сведений о различных представителях дворянства, порой вымышленных, а также всевозможных историй и даже сплетен. Им не всегда можно доверять, но сами сюжеты вызывают интерес, поскольку они показывают, что именно могло привлечь внимание общества, и какие случаи становились предметами обсуждения. Так, по сообщению Валериана Трепки, некий мужчина по имени Петр Кшиштопорский (Piotr Krzysztoporski) имел со своим слугой сношения in posticum (говоря нашим языком, анальный секс), и наложил на него «заклинание Венеры».

Гомосексуальность и трансгендерность время от времени проявлялись и в среде высшего общества, где польские геи могли чувствовать себя более раскованно. Так, по словам мемуариста Марцина Матушевича (Marcin Matuszewicz, 1714-1773), крупный военный и государствнный деятель литовского происхождения Януш Александр Сангушко (Janusz Alexander Sanguszko, 1712-1775) предпочитал мужчин своей супруге, красавице Констанции Денхофф (Konstancja Denhoff), которая вернулась в родительский дом, так и не познав брачной жизни с ним. Сангушко был неравнодушен к возвышенным и утонченный юношам и осыпал их богатыми дарами. Одному из своих возлюбленных, по имени Кароль Шидловский (Karol Szydłowski), мужчина в итоге подарил принадлежавший ему город Козмин и семнадцать деревень. Несмотря на то, что гомосексуальные отношения принца вызывали гнев его отца, о словам историка и мемуариста Енджея Китовича (Jędrzej Kitowicz), почти все мужчины, которых любил Сангушко, прожили благополучную жизнь, удерживая благое положение в обществе даже после того, как расставались с ним. Исключением стал несчастный мужчина по имени Казимир Хилиньский (Kazimierz Chyliński), которого влиятельный отец Сангушко отправил в Гданьск, где он провел 12 лет в заточении. Гомосексуальные отношения Сангушко вызвали такую ярость его отца, что в какой-то момент, после серьезных угроз, в ходе которых отец заставил сына передать ему имеющееся у него состояние, он стал вести более скрытый образ жизни, встречаясь с мужчинами тайно. (Why I Do Not Want to Write about Old-Polish Male-Gedders: A Contribution to the “Archeology” of Gay Studies in Poland. Piotr Oczko).

Ежи Марцин Любомирский Еще один аристократ, Ежи Марцин Любомирский (Jerzy Marcin Lubomirski, 1738-1811), представитель известного клана магнатов, как сообщается, был неравнодушен к мужчинами и был влюблен в одного казака. Кроме того, он, видимо, был склонен к трансгендерности и появлялся на людях в женском наряде – так, он появился в образе женщины на одном из балов в Варшаве в 1782 году.

Порой встречаются и совсем необычные истории – например, в книге рассказывается о том, что гомосексуальность становилась объектом колдовских чар. Например, в 1608 году колдунья по имени Ленкова (Lenkowa) искупала в травяных настоях молодого человека по имени Станислав Скшипчак (Stanisław Skrzypczak), чтобы приворожить к нему его господина по имени Миколай Турковецкий (Mikołaj Turkowiecki). Однако после того, как семейная жизнь Миколая с женой разладилась и резко обострились отношения с тещей, он попросил колдунью вновь снять чары, чтобы больше не испытывать страсти к юноше. (Małgorzata Pilaszek, Procesy o czary w Polsce w wiekach XVI-X V III, Universitas, Cracow, 2008, 411.)

Любопытно, что при всем при этом, польское государство так и не ввело наказание за гомосексуальность. Впервые на территории страны однополые отношения стали наказуемыми лишь тогда, когда Польша уже находилась в составе Российской империи, где в 1832 г. однополые отношения стали преступлением (хотя эта норма не соблюдалась).

Сведения о лесбиянках очень скудны, да это и понятно – лесбиянок в целом меньше, чем геев, к тому же сексуальность женщин, которые имели низкое положение в средневековом обществе, мало кого интересовала. Однако в более позднее время уже появляются некоторые имена. Например, одной из известных лесбиянок (или, скорее, лесбиянок) считается известная писательница и феминистка Габриэлла Нарциза Жмиховска (Narcyza Żmichowska, 1819-1876), у которой были отношения с женщиной по имени Паулина Збышевска (Paulina Zbyszewska). Свои лесбийские переживания Жмиховска в завуалированной форме выразила в романе «Язычницы» (1846 год), а в книге стихов «Белая роза» (1851 год) можно найти признание в любви к женщине.

* * *

Чехия и Словакия

В менее населенных и крупных западнославянских странах, таких, как Чехия и Словакия, сведений об отношении к гомосексуальности существенно меньше. Эти государства возникли на руинах Великой Моравии, существовавшей в VIII-IX веках, и первое чешское королевство возникло еще в X веке, однако уже в XI веке и Чехия, и Словакия вошли в состав Священной Германской империи Габсбургов, простиравшейся от современных Нидерландов до Австрии и Италии. Это было мощное феодальное государство, в котором, конечно же, многое определялось религией. Впервые гомосексуальность на территории этих стран упоминается в 1353 году, когда император Карл IV ввел закон, который предписывал смертную казнь за однополые отношения – и действие этого закона распространилось на всю его империю. В 1532 году на рейхстаге в Регенсбурге Карлом V была утверждена Каролина – новый свод уголовного права, который также предусматривал казнь за однополые отношения. Однако практически нет упоминаний о реальных случаях применения этого наказания.

Георг Иоахим фон РетикИнтересно, что в Праге в 1551 году нашел прибежище выдающийся ученый, астроном и математик Георг Иоахим фон Ретик, единственный ученик Николая Коперника и популяризатор его учения. В 1540 году Ретик опубликовал обзор учения Коперника, а в 1542 – сам его знаменитый труд «О вращении небесных сфер», сделав все, чтобы Николай успел увидеть свой труд напечатанным еще при жизни (он умер год спустя). Ретик много жил и работал в Польше, долгое время преподавал в Германии, но в 1551 был вынужден покинуть Лейпцигский университет после того, как стало известно о его гомосексуальных отношениях с одним из студентов, в результате чего он был обвинен в содомии, был вынужден бежать и был осужден заочно. Последние годы жизни он провел, преподавая в Кошице (современная Словакия), где и скончался в 1570 году.

В более поздних нормативных актах, таких, как «Терезиана» Марии-Терезии (1769), гомосексуальность продолжала оставаться наказуемой. Впоследствии идея возмездия стала сменяться идеей исправления, смертная казнь сменилась к середине XIX века тюремным заключением. В 1852 году был принят новый уголовный кодекс, а в 1878 году в Транслейтании (восточная часть Австро-Венгрии) начал действовать свой уголовный кодекс, который был мягче того, что действовал на западе страны, наказание на востоке было более коротким – от недели до одного года, в случае однополого секса с лицами в возрасте 14-18 лет – от трех месяцев до трех лет.

Конечно, ни о каких правах гомосексуалов долгое время не могло быть и речи. Первые попытки поднять вопросы ЛГБТ, как и во многих других странах Европы, имели место лишь во второй половине XIX столетия, на фоне либерализации общественной мысли. Так, в 1868 году выдающийся чешский врач Ян Эвангелиста Пуркине (Jan Evangelista Purkyně) получил анонимное письмо, в котором автор просил медика вступиться в защиту мужчин, любящих других мужчин. Пуркине опубликовал его под заголовком «Я люблю людей своего пола» («Miluji tvory svého pohlaví» ), благодаря чему это стало известно общественности. В 1893 годы врач судебной медицины Вацлав Белохрадский был привлечен в качестве эксперту по одному делу, в котором восемнадцатилетний юноша совершил однополые акты с шестью другими юношами. Белоградский решил детально изучить вопрос гомосексуальности и допустимости ее наказания, в результате чего написал целый научный труд, в котором синтезировал известные на тот момент данные об однополом чувстве: «Сборник редких сексуальных извращений» (Václav Bělohradský: Vzácný případ sexualné perverse. Culilinctus et fellatio. Čas. lék. čes. 32, 1893.). При этом он считал, что нужно различать ситуацию, в которой человек пытается разнообразить сексуальную жизнь, и поэтому вступает в однополые отношения, и ситуацию, когда человек изначально склонен к гомосексуальности, то есть когда это идет изнутри, вне зависимости от его истории отношений. Белоградский считал, что в первой ситуации наказание допустимо, а во втором оно должно быть как можно более мягким, потому что, как он считал, речь идет о психическом заболевании, и человек не вполне отвечает за себя. На тот момент, этот взгляд уже выглядел относительно прогрессивным, потому что гомосексуалов уже не представляли преступниками и не требовали для них безоговорочного накащания.

* * *

Венгрия

Особое место в истории ЛГБТ занимает Венгрия. Хотя бы уже потому, что именно здесь был впервые использован термин «гомосексуальность». Кстати, во второй половине XX века она стала первой одной из первых стран соцлагеря, отменившей преследования мужчин за однополую любовь. Впрочем, обо всем по порядку.

Венгрия – государство с уникальными корнями. Это одна из немногих из стран бывших соцстран, культуры и язык которой имеет не европейское происхождение. Венгры – это потомки кочевого народа, пришедшего в Европу с Востока, изначально из таежных регионов, сначала перекочевавшего в приазовские и причерноморские степи, а затем – на территорию современной Румынии и Венгрии. Венгры появились в Европе к IX веку, а в 1001 году возникло первое Венгерское государство, жители которого быстро переняли многие традиции и даже элементы языков соседних народов. Оно долгое время сохраняло независимость и даже установило контроль над Хорватией и иными землями, однако в XVI веке также стало частью Священной Римской империи. При этом оно всегда сохраняло определенную автономию, а в составе Австрийской империи венграм удалось добиться признания своих особых прав, в результате чего в 1867 году страна превратилась в двуединую монархию – Австро-Венгрию.

Первое упоминание гомосексуальности в Венгрии вообще относятся к XIII веку. В 1221 году писатель Павел Венгр (Paul Hungaricus) в своем труде «De confessione» («Об исповеди») дал определение понятию «содомия». По его мнению, под нее подпадает любое половое взаимодействие, не направленное на продолжение рода, в том числе и однополая любовь. (Pyaer, Pierre J.. Sex and confession in the thirteenth century. In: Sex in the middle ages (Salisbury, Joyce E. (ed.)). Garland, 126-142. o (1991) К XIV веку, как и на Западе, мужчин, любивших других мужчин, стали ассоциировать с еретиками. На территории страны действовали те же законы Карла IV, что и в Чехии. Однако сведений о реальных преследованиях за гомосексуальность в Венгрии практически нет, как, впрочем, нет свидетельств о каких бы то ни было следах ЛГБТ на протяжении столетий. При этом те же законы Священной Римской империи действовали и здесь.

Впервые более или менее открытые геи появляются лишь в XIX столетии, тогда же начинается какое-то обсуждение проблем сексуальных меньшинств. Пионером в этой сфере стал журналист, писатель и переводчик Карл-Мария Кертбень (Károly Kertbeny, 1824-1882), который впервые ввел в оборот слова «гетеросексуал» и «гомосексуал» в 1869 году в двух своих важнейших памфлетах, посвященный 143 статье Прусского уголовного уложения, предусматривавшей Голова мужчины. Ласло Меднянский наказание за гомосексуальность. Кертбень, подобно Карлу Генриху Ульрихсу, стал одним из первых, кто стал открыто доносить до общества ту мысль, что сексуальная ориентация является врожденной и неизменной, что законы, предполагающие наказание за однополую любовь, нарушают права мужчины, и что никакие сексуальные контакты, происходящие по взаимному согласию, не могут быть поводом для наказания. Сам Кертбень утверждал, что занимается этим вопросом из чисто научного и человеческого интереса, однако он никогда не был женат и не имел детей, что ставит под сомнение его гетеросексуальность.

В это время появляются первые известные ЛГБТ Венгрии, например, гомосексуальный живописец Ласло Меднянский (Mednyánszky László, 1852-1919), один из крупнейших живописцев этой страны, который даже никогда не состоял в браке, или писательница Вай Шандор (Vay Sándor, 1859-1918), получившая мужское воспитание и прожившая всю жизнь в образе мужчины.

Как мы видим, несмотря на малочисленное население и консервативную культуру восточноевропейских стран, веками находившихся под властью Австрийской империи, и в их истории можно найти примеры гомосексуальных отношений. До XIX века, как и в большинстве других стран Европы, отношение государства и общества к геям было достаточно нетерпимым, но положение дел стало меняться с либерализацией общественной мысли и развитием науки.

А теперь предлагаю Вам поговорить об истории ЛГБТ в странах юго-востока Европы, которые многие годы провели под господством ислама.

Интересно, что на определенном этапе, как уже говорилось, «содомия» (то есть любые сексуальные контакты, не связанные с продолжением рода) стали ассоциироваться с еретическими течениями. Видимо, это было связано с тем, что религиозные власти были готовы обвинить еретиков в любых отступлениях от религиозного учения, чтобы дискредитировать их. Как бы то ни было, одной из самых известных групп, которую массово уличали в «содомии», стали альбигойцы, которые брали свое начало от секты богомильцев, появившейся в Болгарии (от имени священника Богомила, который стал родоначальником этого течения в X веке). Богомильство распространялось по Европе, и его последователей стали называть просто «болгарами» («Bulgari»), и во французском языке это слово легко преобразовалось в «bougre», а в английском — в «bugger». Если первоначально так называли богомильцев как еретиков, то впоследствии, к XV веку, в центре внимания оказались уже их массовые обвинения в содомии. И сам термин быстро стал нарицательным – так стали называть любых «содомитов». (David F. Greenberg, “The Construction of Homosexuality” (University of Chicago Press), 1990, p. 269).

Так, принятый в Англии в 1553 году закон против гомосексуалов назывался «Buggery Act». Этот термин оказался очень живучим – в России его использовали аж до XIX века. Даже Чайковский в молодости, в те годы, когда он пытался бороться со своей гомосексуальностью, писал о том, что он и его брат Модест стали известны в обществе в качестве «бугров».

Балканские страны

На протяжении многих столетий Южная Европа находилась под властью Османской империи. Известно, что отношение к геям в Османской империи было неоднозначным – с одной стороны, формально однополая любовь была запретной, но по факту мужчины не боялись вступать в отношения друг с другом. Это справедливо как для центральных регионов империи, так и для ее провинций в Европе.

Так, гомосексуальные отношения были вполне обычным явлением на Балканах, в частности, в Албании. Это касалось как христиан, так и мусульман. Немецкий дипломат Георг фон Хан (Georg von Hahn), работавший в этих местах и живо интересовавшийся местной культурой, опубликовал в 1854 году книгу очерков о жизни албанцев –«Албанские исследования» («Albanesische Studien»). В ней он, в частности, сообщал, что однополые отношения воспринимались спокойно, а среди молодых людей были едва ли не нормой, потому что албанцы женились поздно – лишь в возрасте до 24-25 лет, и до этого момента гомосексуальные союзы были приемлемы и считались предпочтительнее отношений с незамужними девушками. (см. J.G. von Hahn, Albanesische Studien, Jena, Mauke, 1854).

Сексуальные интересы представителей высшего общества также были не всегда одинаковы. Так, интересна фигура наместника султана в Албании и Греции Али-Паши Тепеленского (1741-1822). По словам одного французского дипломата, у него был гарем из 600 женщин, но он гораздо больше интересовался мужчинами, и поэтому держал целый мужской сераль, и из его жителей выбирал себе конфидентов и даже помощников в административной работе.

В конце XIX-начале XX веков еще ряд исследователей и путешественников подтвердили сведения о распространенности гомосексуальных отношений среди жителей Балкан. По словам Пауля Нэке (Paul Näcke), порой страсти между мужчинами доходят до преступлений на почве ревности. Он сообщал, что все наблюдения Георга фон Хана подтверждаются на деле. Нэке писал, что даже религия не всегда была преградой для гомоэротической любви, и что даже хозяин гостиницы, в которой он останавливался, будучи христианином, состоял в подобном «кровном братском союзе» с неким мусульманином. Также он отмечал, что в Албании среди христиан существует давняя традиция благословения в церкви братских союзов, которые порой имеют гомоэротическую подоплеку, причем оба брата в ходе обряда причащаются Святых Даров. (также см. Edward Carpenter, Intermediate Types among the Primitive Folk, New York, Mitchell Kennerley, 1914).

Албанские юноши женились в возрасте около 24 лет, и до этого возрасте однополые отношения были совершенной нормой, причем продолжать их после брака также считалось приемлемым. Ни о какой агрессии со стороны окружающих не могло быть и речи.

Как признавался Хану один албанский мусульманин, «любовь к юноше чиста, как солнечный свет. Она ставит возлюбленного на пьедестал святого. Это самая высокая страсть, к которой способно человеческое сердце…» (James Neill, “The Origins and Role of Same-Sex Relations in Human Societies” (McFarland, 2008), p. 315).

Существовал даже особый термин, обозначавший однополые отношения – «madzupi».

Еще в начале XX века психолог Хэвлок Эллис (Havelock Ellis) отмечал распространенность открытых гомосексуальных отношений среди жителей Балкан, причем не только среди мусульман, но и среди христиан. По его словам, жгучая ревность среди мужчин была практически обычным явлением. (см. Havelock Ellis, «Studies in the Psychology of Sex» (1897-1928), volume 2).

Старшего партнера, «любящего», иногда называли «ашик» (от арабского «ishq», «страстная любовь»), а младшего, «возлюбленного» — «дильбер» (от турецкого «dyllber», «прекрасный»). Это напоминает различия эрастов и эроменов в античности (см. Gay Life in Albania // Globalgayz.com). Поэтому некоторые говорят даже о балканской и, в частности, албанской педерастии как об отдельном общественно-культурном явлении.

Клятвенная девственницаПодобное отношение к гомосексуальности и гомоэротическим чувствам было распространено на всем Балканском полуострове, разные авторы писали о терпимом восприятии проявлений нежности между мужчинами и о традиции «братотворения» в Сербии, Греции и других странах региона. Любопытно, что, по словам хорватского антрополога Динко Антуна Томашича, порой православное духовенство считало «братские союзы» порочными, однако в таких странах, как Черногория, такое отношение чаще встречалось в городах, а вот в деревнях, где уклад жизни был более традиционным, союзы между мужчинами воспринимались гораздо более спокойно.

Любопытно, что на Балканах также существовал — кое-где до совсем недавнего времени — интересный обычай превращения пола. Семьи земледельцев в горных регионах постоянно враждовали из-за земли и оспаривали друг у друга те или иные территории, и поэтому в некоторых случаях, когда семья хотела сохранить за собой участок земли, но не имела наследников мужского пола, то чтобы не передавать имущество по женской линии в другой род, одна из девушек становилась «клятвенной девственницей». Она символически принимала на себя мужскую роль, при этом обязуясь соблюдать обет безбрачия. Взамен на это она обретала право считаться лицом мужского пола, пользуясь всеми его правами. Этот обычай был распространен в Сербии, в Македонии и других странах Балканского полуострова, иностранные путешественники писали о нем уже с середины XIX века. (Stephen O. Murray, Will Roscoe, “Islamic Homosexualities: Culture, History, and Literature” (NYU Press, 1997), p. 199).

Собственно, еще Магнус Хиршфельд в своем журнале «Ежегодник промежуточных ступеней» писал в 1908 году, что в той же Сербии, как и во многих других странах, гомосексуальность, хоть и может формально быть наказуемой, на самом деле практически не преследуется, даже если об однополых отношениях известной властям и обществу. (Magnus Hirschfeld, «Jahrbuch der Zwischenstufen», 1908)

В те годы уже можно найти первые открытые гомосексуальности среди элиты. Так, стала общеизвестна бисексуальность Фердинанда I, князя Болгарии в 1887-1908 годах и царя Болгарии в 1908-1918 годах. Несмотря на то, что он состоял в браке и имел детей, отдыхая на Капри, он нередко искал общества богатых гомосексуалов, что было известно в узких кругах. К слову, это вызывало возмущение некоторых его приближенных, и после того, как премьер-министр Болгарии Стефан Стамболов рассказал в 1895 году в своем интервью Frankfurter Zeitung об отношениях князя с мужчинами, это привело к скандалу общеевропейского масштаба. А представитель сербской королевской семьи принцБожидар Карагеоргевич (Божидар Карађорђевић/Božidar Karađorđević, 1862-1908), занимавшийся живописью и литературой, был известен своей гомоэротической дружбой с французским писателем Пьером Лоти (Pierre Loti, 1850-1923). (см. Stevan Pavlović, “Nije zlato sve što sija. Božidar Karađorđević — jedini karađorđev potomak homoseksualac?” / Gay Serbia. Serbian LGBT Community, 2003.)

Как мы видим, в балканских странах имелись свои любопытные традиции достаточно открытого отношения к некоторым проявлениям гомосексуальности, которые могли даже находить выход в рамках церковной жизни. С одной стороны, формально гомосексуальные отношения могли осуждаться, однако, с другой стороны, природа одерживала верх, и те или иные их формы продолжали существовать, самым любопытным образом сочетаясь как с требованиями религии, так и с народными традициями.

Продолжим экскурс в гей-историю Восточной Европы. Как мы помним, к началу XX столетия в Европе и Америке началась первая волна гей-эмансипации, главными центрами которой стали такие страны, как Германия, Франция и, как это ни покажется странным сегодня, Россия, в которой в это время расцветала культура Серебряного века. Эти процессы не обошли стороной и Восточную Европу.

Польша

Так, к началу XX века в Польше, которая все еще оставалась частью Российской империи, предметом общественного обсуждения становится любовь между женщинами. Вслед за лесбийской поэтессой уходящего XIX столетия Нарцизой Змиховской, известной отношениями со своей возлюбленной по имени Паулина Збышевская, получает известность бисексуальная феминистка Паулина Кучальская-Рейншмитт (1859-1921), которая в 1908 году написала роман «Сестры», посвященный борьбе за права женщин, в том числе и за свободную любовь. Критики сразу же обратили внимание на то, что книга проникнута лесбийскими чувствами.

После того, как Польша обрела независимость, отношение к ЛГБТ стало еще более мягким. Так, были отменены многие царские законы, и, в частности, в 1932 году была упразднена ответственность за гомосексуальность. Тогда же был установлен равный возраст согласия для вступления в разнополые и в однополые отношения – 15 лет. Впоследствии официальная ответственность за однополые отношения в Польше больше никогда не вводилась. Тем не менее, после того, в эпоху социализма считалось, что гомосексуальность не сочетается с идеологией, и, в частности, когда социалистический режим в свою наиболее жесткую фазу в 1980-е годы, то полиция даже составляла списки гомосексуалов, имели место случаи шантажа.

Стоит сказать, что отношение в социалистических странах к гомосексуальности было иным, чем в самом СССР. С точки зрения европейцев, гомосексуальность не сочеталась с социалистическим образом жизни, однако они считали, что геев и лесбиянок нужно не наказывать и не преследовать, а перевоспитывать и переубеждать, интегрировать их в «здоровое» общество таким образом, чтобы они изменились сами.

Немало геев и бисексуалов было среди деятелей культуры. Например, геем был известный писатель и сценарист и театральный деятель Ежи Замейский (Jerzy Zawieyski, 1902-1969), представитель культуры польского подполья в годы оккупации, в послевоенные годы также политический и католический активист, религиозный деятель, основатель союза «Клуб католической интеллигенции», депутат польского сейма и член Государственного совета. В 1933 году он встретил молодого человека по имени Станислав Тренбачкевич (Stanisław Trębaczkiewicz, 1910-1980), впоследствии психолога и преподавателя Люблинского католического университета. Они прожили вместе 36 лет, до самой гибели Замейского в возрасте 67 лет. Согласно их завещаниям, они были похоронены рядом.

Также известным бисексуалом был писатель Ежи Анджеевский (1909-1983), автор эпохальных романов, посвященных Второй мировой войне — «Святоая неделя» (о восстании в Варшавском гетто) и «Пепел и бриллианты» (о первых послевоенных годах Польши), которые были экранизированы известным кинорежиссером Анджеем Вайдой (Andrzej Wajda). Ежи Анджеевский также был депутатом Сейма, был одним из основателей правозащитной оппозиционной партии «Комитет общественной самообороны» в 1977 году, а также ярым сторонником антикоммунистического движения Солидарность. Он был женат и имел двух детей, однако это не мешало ему открыто вступать в отношения с мужчинами.

Писатель Витольд Гомбрович (Witold Marian Gombrowicz, 1904-1969) писал о гомоэротических чувствах к мужчинам в своем «Дневнике» (1953-1968). Бисексуалкой была известная писательница, активистка, правозащитница Мария Домбровская (Maria Dąbrowska, 1889-1965), которая, побывав замужем и состоя в отношениях с мужчинами, также на протяжении почти 20 лет состояла в отношениях с писательницей Анной Ковальской (Anna Kowalska) после того, как ее муж Ежи Ковальский (Jerzy Kowalski) скончался в 1948 году.

В 1980 году польский писатель, переводчик, бывший узник нацистского концлагеря Марианн Панковский (Marian Pankowski, 1919-2011) опубликовал в Англии роман «Рудольф», который стал культовым произведением в гей-среде. В нем рассказывается о необычной дружбе пожилого польского профессора, бывшего узника нацистского концлагеря, и немецкого гея, бывшего солдата Вермахта, выросшего на берегах Вислы. Это было едва ли не первое произведение на польском языке, в котором речь шла о гомосексуальности.

В 1990-е и 2000-е годы отношение к ЛГБТ в Польше существенно улучшилось, хотя и сегодня эта страна относится к геям достаточно настороженно. В частности, в 2013 году сейм отрицательно проголосовал по вопросу о введении регистрации однополых партнерств.

Венгрия

Постепенная либерализация европейского общества и урбанизация делали свое дело, и в таких крупных городах, как Будапешт, сексуальная жизнь становилась все более открытой и заметной. В 1880-е годы полиция начала составлять списки гомосексуалов, которые впоследствии использовались и дополнялись на протяжении десятилетий – такие списки обновлялись и велись вплоть до декриминализации гомосексуальности, то есть на протяжении почти 80 лет. При этом определенное давление на геев сохранялось и позже, так что списки порой оставались в ходу.

Женская гомосексуальность оставалась менее заметна и не влекла санкций в Венгрии (в отличие от Австрии, где она была наказуема), но тем не менее, в обществе к ее открытым проявлениям также относились критически. Поэтому появление первых литературных произведений с лесбийскими мотивами вызывали скандал. Среди таких книг можно назвать повесть «Юлия и женщины» (Júlia És a Nők (Julia and Women)), опубликованную анонимным автором в 1888 году. В 1908-1909 годах автор под псевдонимом Irma Nagy издала ряд лесбийских произведений. (Anita Kurimay. Sex in the “Pearl of the Danube”: the History of Queer Life, Love, and Its Regulation in Budapest, 1873-1941. Dissertation submitted to the Graduate School-New Brunswick Rutgers, The State University of New Jersey, October 2012).

После распада Австро-Венгрии в стране на время установилась власть коммунистов, которые считали гомосексуальность несовместимой с новой идеологией и считали необходимым «лечить» геев, чтобы интегрировать их в гетеросексуальное общество. С 1920 года в Венгрии на четверть столетия установился авторитарный режим Миклоша Хорти, и в эти годы многие права и свободы граждан были существенно ограничены, в стране культивировался национализм, милитаризм и антисемитизм, сексуальность стала загоняться в жесткие рамки. По мнению Аниты Кумарай, парадоксальным образом в эти годы на некоторое время ненависть к лесбиянкам стала сильнее, чем ненависть к геям – это было связано с тем,

скачанные файлыВ 1925 году страну потряс громкий лесбийский скандал. Влиятельный аристократ граф Рафаэль Захи (Rafael Zachy, 1877-1944) начал бракоразводный процесс со своей супругой Сесилией Тормай (Cecile Tormay, 1876-1937). Поводом в этому стали ее отношения с женщиной по имени Эдуардина, или Эдина Паллавичино (Eduardina Pallavicini), представительницей одного из древнейших родов итальянского происхождения. Интересно, что Сесилия Тормай, известная писательница и политическая активистка, придерживалась исключительно консервативных взглядов, она была одним из символов новой, независимой Венгрии, став очень популярным лицом среди венгерских националистов. В числе прочего, она была автором книги «Дневник изгнанника», в котором она от первого лица рассказала о тяготах революции. К слову, в 1936 и 1937 годах Тормай номинировалась на Нобелевскую премию по литературе.

Процесс был неимоверно скандальным, за ним следило все общество, он даже вызвал интерес правителя диктатора Миклоша Хорти. В итоге суд развел графскую чету на основании того, что Сесилия была неверна мужу с Эдуардиной. При этом женщины отрицали свою связи, и впоследствии Тормай и Паллавичино подали на графа в суд за клевету, и поддержку им оказал Хорти, который, как сообщается, даже оказал давление на судей, и граф был осужден. (см. также Ágnes Huszár, “Nationalism and Hungarian Education Policy: Are the Literary Works of Cécile Tormay, József Nyirő, and Albert Wass Appropriate for the Hungarian School Curriculum?” Hungarian Cultural Studies. e-Journal of the American Hungarian Educators Association, Volume 7 (2014), p. 307).

И тем не менее, в современном венгерском обществе Тормай и Паллавичино считаются одними из примеров лесбийских отношений фигур в истории ЛГБТ.

Дьердь Фалудь (справа) и Эрик Джонсон

Среди известных ЛГБТ-деятелей культуры можно назвать бисексуального поэта и писателя Дьёрдя Фалудя (György Faludy, 1910-2006), который большую часть жизни прожил в США. Он был человеком импульсивным и влюбчивым, и был женат четыре раза (в последние раз — на молодой поэтессе Агнесе Ковач, которая была на 64 года моложе него), однако в его жизни важнейшую роль сыграла любовь к американскому танцовщику, переводчику и поэту Эрику Джонсону (Eric Johnson), вместе с которым он прожил 36 лет — с 1966 по 2002. Джонсон выступал также переводчиком произведений Фалудя. Именно с ним вернулся в возрасте 78 лет в родную Венгрию после падения коммунистического режима. (Csiszár Gábor, Költői szerepek és imázsalkotás Faludy György életművében: Eötvös Loránd Tudományegyetem Bölcsészettudományi Kar, Budapest, 2008)

Однако в 2002 году, спустя 13 лет, они расстались, и Фалудь женился на молодой поэтессе по имени Фанни Ковач (Fanny Kovacs), которой было 28 лет.

Интересно, что гомосексуалом был известный художник и фальсификатор картин Элмир де Хори (Elmyr de Hory, 1906-1976), который был отправлен нацистами в концлагерь как гей и как еврей, и при этом сумел выжить. Геем считают поэта Яноша Пилинского (János Pilinszky, 1921-1981).

Сегодня ЛГБТ в Венгрии также пользуются защитой государства в сфере здравоохранения (с 1997), общей защитой от дискриминации (с 2000), существует запрет на дискриминацию в сфере труда, образования и жилищных отношений (с 2003), работают гей-организации. Будапештский гей-прайд 1997 года стал первым подобным мероприятием на территории бывшего социалистического блока и с тех пор проводится ежегодно.

В других частях Австро-Венгрии, например, в Чехии и Словакии, отношение к гомосексуальности также становилось все более терпимым на фоне общей гей-эмансипации. Появляется все больше известных людей, которым была не чужда однополая любовь. Так, гомосексуальность сыграла важную роль творчестве видного чешского писателя, поэта и переводчика Йиржи (Юрия) Карасека (Jiři Karásek, 1871-1952). Его книга «Легенда о Содоме» (1895) стала одним из первых чешских произведений, где затрагивается тема гомосексуальности. В ней рассказывается о художнике Антонио Баттиста Бацци (Antonio Battista Bazzi), который имел говорящее прозвище Содом. Карасек опирался на жизнеописание Бацци, сделанное Вазари. По сюжету, жители Венеции того времени, зная о сексуальных предпочтениях живописца, считали, что он недостоин права писать святые образы. Чтобы очиститься и отдаться непорочному искусству, стараясь оградить живописные образы от своих земных грез, Бацци отправляется в монастырь и занимается работой. Однако он не может полностью подавить себя и находит утешение в любви к своему помощнику по имени Риччо. И помимо воли художника черты возлюбленного переходят в святой образ на его фреске. (Alfred Thomas, “The Bohemian Body: Gender and Sexuality in Modern Czech Culture” (University of Wisconsin Press, 2007, p. 94-95 ). После издания тираж был конфискован.

После Первой мировой войны, которая привела к распаду Австро-Венгрии, возникло независимое демократическое государство Чехословакия, и многое поменялось, однако гомосексуальность продолжала оставаться нелегальной. Стоит сказать, что именно в межвоенные годы здесь зарождается организованное ЛГБТ-сообщество. Так, в 1931 году появляется первый общественно-просветительский журнал «Hlas sexuální menšiny» («Голос сексуального меньшинства»), основанный Йосефом Гладким (Josef Hladký), в 1932 переименованный в «Nový hlas». Он выходил до 1934 года. В 1937-1938 году предпринимались попытки вновь открыть журнал (под названиями «Hlas. List pro sexuální reformu» и «Hlas přírody»), однако они не были реализованы, а в 1939 году, с присоединением Чехословакии к нацистской Германии, всякая надежда на издание гей-журнала стала невозможной.

Правда, судя по всему, геев преследовали достаточно редко. Например, известно о двух делах в городе Плзень, которые рассматривались в 1932 г. (см. обзор Himl, Pavel; Seidl, Jan; Schindler, Franz (eds.): Miluji tvory svého pohlaví. Autor článku: Martina Siwek Macáková — 27.10.2013).

Более известный стал гомосексуальный скандал, в центре которого оказался крупный деятель националистической Судетской немецкой партии Хайнц Рута (Heinz Rutha, 1897-19). Изначально он был предпринимателем и занимался производством мебели и предметов интерьера. В 1937 году полиция заподозрила его в гомосексуальности и в «совращении молодых», и стала допрашивать молодых людей, которые работали на его фабрике. Информация об этом попала в прессу, дело получило огласку. В итоге он и еще ряд его сотрудников был арестован и 4 ноября 1937 года покончил с собой. Эта история имела историческое значение в связи с тем, что в итоге руководителю партии Конраду Генлейну пришлось пойти на уступки наиболее националистически настроенным членам партии, в результате вытеснив из нее более умеренных членов, не стремящихся к присоединению к Германии. Это способствовало тому, что в 1938 году среди активных партийцев большинство составляли ярые сторонники присоединения к Германии, которые при возможности использовали скандал с Рутой как пример давления на немецких активистов в Чехословакии. Как мы знаем, в нацистской Германии гомосексуалов жестоко преследовали, и когда дело Руты всплыло еще раз, в одной из газет СС, в 1940 году, то в ней оно преподносилось не как пример давления, а как реальный случай создания «рассадника разврата».

Одним из самых известных геев межвоенного и послевоенного периода стал кинорежиссер и сценарист Вацлав Кршка (Václav Krška, 1900-1969), на счету которого было около 25 фильмов. К слову, он принимал участие в создании журнала «Hlas». Считается, что именно из-за своей гомосексуальности он в 1952 году поддержал молодого гея — актера Эдуарда Цупака (1932-1996) и взял его в свою картину «Mladá léta», несмотря на протесты художественного комитета. Есть данные, что Кршка также был обвинен в совершении орального секса с другим мужчином, на суде признал, что занимался сексом с мужчиной, однако утверждал, что не никому этим не навредил и не совершил ничего дурного. (см. Martin Putna, Milena Bartlovà (eds.), “Homosexualita v dějinách české kultury” (Prague, Academia, 2011)

В новом государстве – уже социалистической Чехословакии, воссоединенной вскоре после Второй мировой войны, в 1948 г., гомосексуальность продолжала оставаться наказуемой до 1961 г., когда республика стала одной из первых социалистических стран, отменившей формальные преследования за однополые отношения между мужчинами. Тем не менее, фактически давление на гомосексуалов продолжалось, к тому же, возраст согласия для геев был выше, чем для гетеросексуалов – 18 лет, кроме того, были запрещены отношения, в которых один из партнеров является зависимым лицом от другого (например, преподаватель и студент). Понятно, что зарождение новой массовой культуры диско с ее смелыми ритмами, костюмами и танцами, разрушающими прежние предрассудки, сделало свое дело, и в стране появились клубы и дискотеки, где люди чувствовали себя более свободно и раскованно, чем обычно. Однако геи продолжали считаться «неправильными» гражданами и страдали от давления.

Одним из самых известных геев-деятелей культуры этого времени стал писатель и общественный деятель Ладислав Фукс (Ladislav Fuks, 1923-1994), который одним из первых поднял в литературе страны тему трагедии Холокоста и преследования гомосексуалов нацистами.

В 1970-е годы развиваются идеи того, каким образом гомосексуалы могут жить в гетеросексуальном браке. Уже в 1970-е годы в научных изданиях начинают звучать идеи о том, что мужское и женское не более чем некие идеализированные стандарты, в то время как в реальности человеческая природа может существенно варьироваться и находиться где-то между ними. Появляются первые исследования транссексуальности. Существенным шагом вперед стала статья сексопатолога из ГДР по имени Эрвин Гюнтер, который в 1986 году, отмечая, что гомосексуальность неизменяема, заявил, что любое социалистическое общество должно обеспечить гомосексуальному меньшинству равные права и возможности. Эту же идею поддержал в том же году чешский врач Тонда Брзек (Tonda Brzek).

Для того, чтобы находить свою судьбу, любить и быть любимыми, нередко геям и лесбиянкам приходилось шифроваться и пользоваться скрытыми путями. Пытаясь найт друг друга через объявления о знакомстве в газетах, ЛГБТ давали объявления о поиске друзей, единомышленников по интересам, попутчиков, порой используя особые шифры. Так, например, в Чехии лесбиянки тем или иным образом обыгрывали тексте объявления фразу «Колодец одиночества» («Well of Loneliness») — так называлась популярная лесбийская повесть, написанная в 1928 году писательницей Маргарит-Рэдклифф Холл (Marguerite-Radclyffe Hall) и изданная на чешском языке в 1931 и в 1969 годах. (см. Hana Havelková, Libora Oates-Indruchová, “The Politics of Gender Culture Under State Socialism: An Expropriated Voice” (Routledge, 2014), pp. 98-99).

С 1993 года Чехия и Словакия стали самостоятельными государствами. Сегодня Чехия является достаточно толерантной страной, здесь есть развитая гей-субкультура и ЛГБТ-организации. И, хотя и здесь есть немало противников прав ЛГБТ, это не помешало Чешской республике принять в 2006 г. закон об однополых партнерствах. Таким образом, Чехия стала второй постсоциалистической страной (после Словении), признавшей однополые семьи. И в Чехии, и в Словакии существуют законы, запрещающие дискриминацию ЛГБТ в различных сферах. И тем не менее, консервативные настроения в этих во многом религиозных странах еще сохраняются — так, 7 февраля 2015 года в Словакии прошел референдум о легализации однополых браков, перед которым звучало немало гомофобных высказываний, и в итоге референдум провалился ввиду недостаточной явки граждан. Однако процесс принятия людей с вариативной сексуальной ориентацией и гендерной идентичностью все же постепенно идет, и хочется надеяться, что прежняя ненависть и стигматизация вскоре останется в прошлом навсегда.

Я уже писал о геях в Венгрии и Польше, об истории ЛГБТ в Чехии и Словакии. Сегодня хотелось бы обратиться еще к одной стране бывшего соцлагеря — Болгарии.

Как мы с Вами уже говорили, сведений об альтернативной сексуальности, гомосексуальности, трансгендерности и вообще вариативной сексуальности в истории восточноевропейских стран очень мало. И тем не менее, кое-что узнать мы все-таки можем. Так, как мы знаем, что в Албании, Черногории и других странах веками в обществе играли особую роль так называемые «священных девственниц». Это были девушки, которые по решению семьи, где, как правило, не было наследника, давали обет безбрачия, и за это получали право «стать мужчиной» — и обретали все права, которые были недоступны женщине. Любопытно, что в некоторых регионах этот обычай продолжал существовать и даже еще в 1940-е – 1950-е годы. Даже сегодня можно встретить последних «священных девственниц» — женщин, которые полностью приняли образ жизни мужчины.

В болгарской истории гомосексуалы долгое время не оставляли заметного следа. До 1878 года страна находилась в составе Османской империи, и отношение к мужской любви диктовалось обычаями мусульманского мира – формально осуждаемая внешне, в частной жизни и в искусстве она была вполне допустима. А в 1858 году наказание за гомосексуальность в Османской империи было отменено по всей стране – и, естественно, в том числе на Балканах. Но с 1878 года, после обретения Болгарией независимости, был принят новый уголовный кодекс, который уже сурово карал геев. Считалось, что однополая любовь чужда простому болгарину, она ассоциировалась с изысканной жизнью высшего света, подверженному влиянию западных стран (в которых, впрочем, гомосексуальность в это время, как правило, как раз сурово каралась). Это царское законодательство действовало практически без изменений даже еще в 1944-1951 годах, в первые годы после изгнания нацистов с Балкан. Лишь в 1951 году, уже в социалистической Болгарии, был принят новый закон, который слегка снижал наказание, но распространял его и на лесбиянок.

В 1964 году коммунистическое правительство Болгарии инициировало крупнейший в истории страны показательный процесс над геями. Тридцать шесть мужчин самых разных профессий и уровня образования – художники, музыканты, писатели, ученые, литературные критики, и простые рабочие – были арестованы и осуждены за гомосексуальность, которая объяснялась их «моральным растлением» и «буржуазными интересами». В обвинении говорилось, что в последнее время в крупнейших городах участились случаи однополых связей, в том числе между гражданами Болгарии и иностранцами.

Георгий Парцалев
Георгий Парцалев

Среди жертв этого процесса были известнейшие деятели искусства того времени – например, актер Георгий Парцалев (1925-1989), сыгравший в десятках фильмов и спектаклей, и чье имя носит фестиваль театрального искусства, и популярный певец Эмиль Димитров (1940-2005), выпустивший с 1960 года около 30 сольных пластинок.

В 1997 году режиссер Илко Дундаков снял документальный фильм о жертвах этого показательного процесса – «Тайное чувство», построенный на беседах с ними.

Уже в 1960-е годы сексуальная идентичность и ориентация стали объектом пристального внимания науки – показательно, что в 1964 году профессор Тодор Бостанджиев открыл в рамках в софийской Ассоциации психиатров, неврологов и нейрохирургов отделение, посвященных сексологическим исследованиях. Бостанджиев был одним из ярых противников гомофобного закона и утверждал, что гомосексуальность представляет собой особую врожденную сексуальную идентичность, и что геи не могут подвергаться преследованиям за свою сексуальность (см. Monika Pisankaneva, The Forbidden Fruit, The Homosexuality in the Communist Bulgaria ).

Отношение к лесбиянкам также было отрицательным, однако все же выявить однополые отношения среди женщин, как и отклонение от традиционной мужской идентичности, было очень сложно. В социалистическом обществе такие маскулинные элементы, как отказ от платья в пользу брюк и ношение коротких причесок, более чем приветствовались, и даже очень мужеподобные женщины ни у кого не вызывали вопросов. О каких-то особенностях женщины становилось известно только тогда, когда она сама говорила кому-то о них. Так, в одном учебнике психиатрии 1971 года рассказывалось о случае, когда женщина выразила желание уменьшить грудь, чтобы ей было удобнее носить мужскую одежду – этот случай попал в поле зрения сексологов только потому, что она попросила сделать это в государственной больнице.

В 1968 году гомосексуальность в Болгарии была полностью легализована – в это время все социалистические страны Европы . В конце 1980-х, на фоне демократических преобразований, как и во многих других государствах, гомосексуальность стала темой открытого обсуждения, появились открытые геи, например, актер Мариус Куркинский (род. 1969), или шоумен Евгений Минчев (род. 1963), никогда не скрывавшие своей ориентации. Общество стало значительно терпимее. В стране сегодня существует ряд законов, запреющих дискриминацию ЛГБТ во всех практически сферах, работают ЛГБТ-организации, а с 2008 года в Софии проходит ежегодный масштабный гей-прайд.

Изображение

Ответить